Контринвестиции – теория

Опубликовано 31 Янв 2011 в Ликбез 

Термин contrarian investing (или investor) на русский язык переводят по-разному. И «контринвестиции», и «инвестиции против толпы» и даже «несогласный инвестор». Первый вариант короче, более похож на оригинал и как-то ярче, поэтому будем использовать его, не забывая, что это чистая условность.

Контринвестиции — это одна из популярных на Западе стратегий инвестирования, во многом схожая и с грэмо-баффетовским «стоимостным инвестированием», и с «поведенческими финансами» - новомодной стратегией, опирающейся на изучение поведения инвест-толпы.

Рассмотрим более подробно, что это такое, почему оно работает, и как применять принципы контринвестирования на практике. Скажем сразу: несмотря на кажущуюся очевидность и простоту подхода, следовать ему довольно сложно. Но интересно.



Суть контринвестирования заключается в том, чтобы действовать прямо противоположно тому, как действует большинство инвесторов в данный момент. Если «все» вокруг панически продают акции — надо покупать. Если «все» сверхоптимистичны и думают, что цены бумаг будут расти бесконечно, пора продавать. Этот принцип описывается Уорреном Баффетом в его знаменитой фразе: «Бойтесь, когда другие жадничают, и будьте жадными, когда другие боятся».

Почему этот принцип работает? Дело в том, что на состояние рынка больше всего влияют профессиональные управляющие инвестфондов. А их главная задача — вовсе не принести максимальный доход клиентам на длительных промежутках времени, а регулярно показывать результат лучше «бенчмарка», то есть индекса, с которым сравнивают их фонд. Если управляющий рулит «широким» фондом акций (без специализации), то его результаты сравнивают с основным рыночным индексом — S&P500 в США или индексом ММВБ (или РТС) в России. Если фонд ориентируется на какой-то определённый сектор, то его результаты сравниваются с индексом данного сектора (скажем, «ММВБ — энергетика» или «ММВБ — финансы»).

Несмотря на то, что названные выше цели кажутся похожими, на деле они сильно отличаются. Ориентация на долгосрочную доходность подразумевает, что фонд может долго показывать результаты хуже «своего» индекса или хуже рынка в целом, но в какой-то момент заложенная в него идея сработает, и он резко вырастет. Ориентация же на бенчмарк приводит к тому, что если управляющий будет сильно или долго отклоняться от «своего» индекса, его просто уволят.

Это означает очень простую штуку. Когда акции дешевеют, задача управляющего — продать эти акции, чтобы сохранить как можно больше денег доверившихся ему инвесторов. Даже если акции уже дёшевы и управляющий понимает, что потом они будут дороже, и у него есть свободные деньги на покупку дешёвых бумаг. Когда акции дорожают, управляющий должен их покупать, сокращая количество наличных денег — иначе стоимость его фонда не будет успевать за ростом индекса, и его уволят. Он вынужден покупать, даже если акции уже слишком дороги.

В принципе, такая логика («иди за толпой») вполне нормально работает. Но в ней заложена ловушка: покупка акций будет продолжаться даже при очень высоком уровне цен, а вот продать их на пике можно не успеть. И управляющий останется с кучей дорого купленных бумаг, которые в конце концов придётся продать по более низким ценам — ведь угадать момент максимума практически невозможно. И наоборот: продавая акции вместе со всеми участниками рынка близко ко «дну», управляющий может не успеть купить их по низким ценам. В конечном итоге, профессионализм управляющего заключается в умении играть вместе с толпой, но чуть лучше, чем толпа, чтобы результат его фонда был постоянно чуть лучше индекса.

А теперь представим, что управляющих много, и они в существенной степени влияют на рынок. В какой-то момент по каким-то объективным причинам рынок пошёл вниз. В чём задача управляющего? Продать как можно больше акций как можно быстрее, чтобы в ходе падения оставаться «в деньгах». Кто-то успевает распродаться быстро, кто-то протормаживает и включается в гонку продаж позже, кто-то терпит до последнего и догоняет тех, кто уже продался, когда начальник грозит увольнением. В общем, «все» хотят продавать, и «никто» не хочет покупать, и не важно, сколько стоят акции. В такой ситуации рынок летит вниз очень быстро, пробивая все разумные уровни цен.

И наоборот: в какой-то момент кто-то из «крупняка» начинает покупки, к нему присоединяются наиболее сообразительные коллеги, потом подтягиваются тормоза, потом те, кто не вовремя отвлёкся и т.д. Происходит гонка покупок, и никто не смотрит на ценники — главное выглядеть не хуже коллег и не хуже индекса. Даже если все разумные уровни цен давно пройдены.

Такие безумные гонки вверх и вниз — рай для контринвестора. Если рынок (а фактически — управляющие крупными инвестфондами) излишне оптимистичен, то цены акций становятся неприлично высокими, и бумаги надо продавать. Даже если все вокруг пока ещё покупают. Если идёт мощный слив, и управляющие не знают, кому впихнуть акции хоть почём-нибудь, надо покупать, так как скоро — дно, и акции снова начнут дорожать.

Казалось бы, всё просто. Проблема же, как обычно, в деталях. Как определить, что паника уже достигла нужного вам уровня? Как понять, что оптимизм перешёл границы разумного? Что считать «правильной» ценой акции или «правильным» уровнем индекса? В конце концов, даже толпа не всегда ошибается, и то, что вам кажется не очень логичным, через какое-то время становится нормой — просто вы не учли какой-то фактор. В конце концов, как говорится в известном изречении Кейнса, «Рынок может оставаться иррациональным гораздо дольше, чем вы — платежеспособным». И ошибка в контринвестировании может стоить больше, чем ошибка в следовании за толпой.

Во второй части заметки поговорим о правилах безопасности при контринвестировании.

Продолжение

 

Понравилась статья? Поделитесь ею с друзьями в социальных сетях!


Ваш комментарий

Имя:

Текст:

Также в этой рубрике:







Подписка на СуперИнвестор.Ru:


                    


Популярное за неделю

Рецензии

Реклама