Возможные механизмы развития кризиса

Опубликовано 12 Дек 2011 в Экономика 

Политические риски становятся одним из ключевых факторов для инвесторов в российские ценные бумаги. От правильного прогнозирования развития ситуации зависит успешность инвестиций и получаемый участниками рынка доход. Краткосрочные прогнозы в настоящий момент бессмысленны и бесполезны: движения цен акций зависят от крупных игроков, которые руководствуются не экономическими соображениями, а внутренними правилами работы.

Другое дело — среднесрочные тренды, связанные с изменениями в позиции «широких народных масс» и реакцией властей на эти изменения. Социологи исследуют перемены и публикуют результаты, но эти публикации далеко не всегда доходят до рядовых инвесторов. Так, ещё весной 2011 года вышло социологическое исследование, подготовленное специалистами Центра стратегических разработок Сергеем Белановским и Михаилом Дмитриевым. Осенью этот доклад был доработан и опубликован в обновлённом виде.

СуперИнвестор.Ru предлагает ознакомиться с наиболее важной для частных инвесторов частью доклада, посвящённой механизмам и перспективам развития политического кризиса в России и его влиянию на экономику. Качество анализа впечатляет: некоторые предсказанные события уже произошли или происходят у нас на глазах. Это заставляет со всей серьёзностью изучить сценарии и прогнозы учёных на более далёкую перспективу. (Обратите внимание: все промежутки времени отсчитываются от апреля 2011 г.).



2.1. Вероятность продолжения выявленных трендов

Представленные выше результаты социологических исследований позволяют заключить, что политический кризис в России уже идет полным ходом, хотя еще и не выплеснулся на поверхность политической жизни. Сейчас он проявляется в падении поддержки В.Путину и Д.Медведеву, сужении электората «Единой России» и усилении критических настроений к политической системе, которую они олицетворяют.

Пока мы не в состоянии достоверно указать причины наблюдаемых общественных изменений. Если бы их единственной причиной послужило ухудшение экономических ожиданий населения под влиянием кризиса (как полагает Дэниэл Трейсман), то поддержка первых лиц должна была бы упасть значительно раньше – еще в 2010 г., то есть с лагом в 6-9 месяцев после ухудшения экономических ожиданий населения.

Более того, следовало бы ожидать и начала восстановления доверия в связи с заметным улучшением экономического положения. Запаздывание изменений в политических настроениях почти на год свидетельствует о том, что падение доверия к власти может быть обусловлено не только ухудшением экономических ожиданий, но и другими причинами, однозначного представления о которых мы еще не имеем.

Отсутствие достоверного представления о причинах продолжающегося падения доверия к властям не позволяет строить обоснованных предположений относительно перспектив продолжения такой тенденции. Мы не можем исключить, что тенденция к падению доверия приостановится и повернет вспять еще до того, как политический кризис перейдет в открытую фазу.

Но пока мы считаем такое развитие событий менее вероятным, чем продолжение тенденции к делегитимизации власти. Возобновление быстрого и устойчивого роста экономики, возможно, могло бы приостановить эту тенденцию или даже повернуть ее вспять. Однако в среднесрочной перспективе экономический рост, скорее всего, будет неустойчив, что будет подпитывать неудовлетворенность населения экономическим положением. Сохранение этой тенденции не даст политическому кризису угаснуть и рано или поздно переведет его в открытую и острую форму.

Если тенденции падения доверия к властям сохранят устойчивость хотя бы на протяжении ближайших 10-15 месяцев, то Россию ждет политический кризис. Не исключено, что по своей интенсивности этот кризис превзойдет период конца 1990-х и вплотную приблизится к эпохе конца 1980-х годов.

Именно этому сценарию посвящены представленные далее соображения о возможных механизмах развертывания политического кризиса. Данный сценарий нуждается в более внимательном рассмотрении не только потому, что его реализация, на наш взгляд, весьма вероятна. Развитие по этому сценарию создает новые значительные риски. Крайне важно их адекватно оценить и заранее сформулировать стратегии для их смягчения.

2.2. Возможные каналы распространения кризиса

Существует целый ряд факторов, которые способствуют распространению политического кризиса и в определенный момент смогут придать ему «самоподдерживающийся» характер:

1. Эффекты политического конформизма. В условиях преобладания позитивного отношения населения к властям такое отношение становилось элементом нормативного поведения. Оппонирование власти было уделом узкого нонконформистского меньшинства и было сопряжено с большими персональными и коллективными издержками. При молчаливом согласии большинства нонконформистское меньшинство становилось объектом давления со стороны властей и испытывало трудности с пополнением своих рядов за счет недовольной, но конформистски настроенной части общества. Конформизм на этом этапе работал в пользу властей, расширяя пассивную базу поддержки и обеспечивая политическое равновесие на базе статус-кво.

В условиях падающего доверия к властям конформизм обернется своей противоположностью и будет способствовать формированию нового политического равновесия, основанного на оппонировании властям со стороны большей части общества. Массовое неодобрение властей приведет к превращению критического отношения к властям в поведенческую норму. Выражение политической лояльности власти может превратиться в проявление «дурного тона», вызывающего неодобрение. Со временем на такое поведение способны будут в основном нонконформисты.

Конформистское большинство начнет все активнее группироваться вокруг оппозиционных центров влияния. Такой переток будет наблюдаться не только в широких слоях общества, но и внутри партийно-государственного аппарата. К оппозиции будут присоединяться и многие члены «Единой России», и чиновники, которые увидят в этом шанс для продолжения карьеры при новом режиме. Протестные настроения получат развитие и в силовых структурах, причем сдерживать их будет значительно труднее, чем прежде. Аналогичные процессы - причем раньше, чем где бы то ни было - получат развитие и в медийной среде. В Интернете они уже развернулись в полную силу к началу весны 2011 г.

2. Города как каналы распространения оппозиционных настроений. Судя по нашим исследованиям, формирование критической массы оппозиционного большинства в Москве и других крупнейших городах завершится к началу осени, то есть до парламентских выборов. В свою очередь, крупнейшие города как центры информационного влияния будут активно распространять оппозиционные настроения по всей территории страны, ускоряя рост оппозиционных настроений в провинции. Эффективно противодействовать этому процессу власти будут не в состоянии.

3. Окончательная утрата властями морального и идеологического лидерства. Девальвация слов и идей, исходящих от представителей власти, будет способствовать развитию кризиса. Обновление политической риторики первых лиц и правящей партии, а также разработка новых экономических программ не остановят падения политической поддержки. Напротив, в условиях низкого и падающего доверия к властям они будут становиться предметом всеобщей критики, насмешек и недовольства, как бы обоснованны и конструктивны они ни были в действительности. Особенно это касается политической деятельности «Единой России»: любые инициативы, лозунги и программы будут вызывать неприятие уже по той причине, что выдвигаются от ее имени.

В этом контексте появление новых инициатив, исходящих от власти, становится все более рискованным. Но накануне выборов власть не сможет обойтись без вовлечения в публичный диалог. В складывающейся обстановке предвыборный диалог будет заведомо проигрышным для представителей власти.

Право на выдвижение популярных идей будет постепенно переходить к новым политическим лидерам и оппозиционным движениям. Появление таких идей может приводить к полной дискредитации прежнего контента, исходившего от властей в период популярности режима. Будучи не в состоянии в этих условиях самостоятельно обновлять политический контент, власти будут вынуждены заимствовать его у оппозиции, следуя в ее интеллектуальном и идеологическом фарватере. В конечном счете, это будет способствовать росту авторитета и влияния оппонентов режима.

4. Парламентские и президентские выборы. Механизм выборов уже не обеспечивает эффективного диалога с населением и формулирования политических платформ, позволяющих восполнить ресурс доверия. Наоборот, предстоящие выборы могут стать одним из каналов распространения кризиса.

Подконтрольность выборов все еще позволяет обеспечить большинство в Думе для «Единой России» и добиться переизбрания В.Путина (но не Д.Медведева) на очередной срок. Но «нечестная» победа «Единой России» на парламентских выборах, скорее всего, ускорит делегитимизацию выборов как таковых. Это поставит под вопрос легитимность президентских выборов и избранного на них кандидата власти. Возникнут условия для продолжения политического кризиса в период после выборов.

5. Распространение протестных действий. Враждебность, нередко необоснованная, к любым действиям и инициативам властей создает благоприятную среду для акций протеста. При низком уровне общей поддержки властей любой, даже незначительный, повод сможет вылиться в протестные действия.

Остановить эти протесты будет практически невозможно. Наличие развитого аппарата принуждения создает лишь иллюзию возможности поддержания стабильности силовым путем. В последние два десятилетия заметно возросло неприятие российским населением любых проявлений насилия, угрожающих жизни и здоровью людей. Попытка опоры на силу быстро обратится против самой власти, поскольку приведет к окончательной утрате легитимности режима в глазах населения и к эскалации конфликтов на этой почве.

Применение силы будет ограничиваться и внешнеполитическим давлением. Возможности такого давления возрастают благодаря проведению серии крупных международных событий – саммита АТЭС, Олимпиады в Сочи и чемпионата мира по футболу. Провал любого из них означал бы потерю лица в глазах российского населения и дополнительное осложнение внутриполитической обстановки в самый неподходящий момент. Сложившееся положение будет напоминать ситуацию с угрозой бойкота Олимпиады-80 в Москве после ввода войск в Афганистан.

Столкнувшись с невозможностью сдерживания протестов, власти будут вынуждены все чаще идти на уступки протестующим. В свою очередь, успехи первых протестных акций будут способствовать их широкому распространению.

6. Деградация экономической политики. Непопулярные власти не смогут проводить ответственную экономическую политику и реформы, необходимые для успешного экономического и социального развития. Деградация экономической политики породит порочный круг неустойчивых темпов роста, бюджетной и макроэкономической нестабильности, высокой инфляции, оттока капитала, ухудшения экономических ожиданий и дальнейшего падения политической поддержки властей.

2.3. Политические риски и механизмы их сдерживания

Приводимый ниже перечень политических рисков является иллюстративным и не претендует на полноту.

1. Слабость формальной оппозиции. В силу слабости формальной политической оппозиции по мере обострения политического кризиса будет расти значение новых неформальных лидеров и спонтанно формируемой оппозиции. Без появления новых лидеров и политических движений полноценная перезагрузка общественной поддержки власти едва ли будет возможна.

Но сложившаяся политическая система блокирует эти процессы, создавая, тем самым, риски политического вакуума и потери управляемости по мере обострения политического кризиса. В этих условиях возрастает риск того, что оппозиция, спонтанно формирующаяся на волне растущего общественного недовольства, будет плохо организована, некомпетентна и неконструктивна. В обозримой перспективе такая оппозиция не сможет взять на себя ответственное управление страной, в то время как действующей власти это будет делать все труднее из-за падения общественной поддержки.

Потенциальные издержки такого сценария очевидны, хотя их не следует и преувеличивать. В гораздо более сложных условиях конца 1980-х – начала 1990-х гг. подобное развитие событий, при всех очевидных издержках процесса, позволило России к середине 1990-х сформировать более или менее жизнеспособные политические институты.

2. Рост политического экстремизма. Угроза политического экстремизма, в том числе на национальной почве, достаточно велика. Вместе с тем, националистический экстремизм с его пропагандой насилия будет отталкивать подавляющую часть населения, для которой ценности сохранения человеческой жизни и здоровья являются безусловным приоритетом.

3. «Украинизация» политической жизни. Аналогичным образом следует расценивать и угрозу «украинизации» российской политической жизни, когда политическая оппозиция будет пытаться завоевать широкую поддержку путем экономического популизма, разрушительного для экономики страны. Такое развитие событий будет сопровождаться снижением устойчивости политической системы и частым повторением кризисных ситуаций в экономике и политической жизни.

Возможности для такой политики сохраняются в России и сегодня, но в целом она характерна для обществ с более бедным населением. Такая политика приобрела популярность в России в середине 1990-х гг. и на Украине в середине 2000-х гг., когда доля бедного населения, по современным российским критериям, намного превышала 50%, обеспечивая стабильное популистское большинство. В современной России доля бедного (по сопоставимым критериям) населения снизилась до менее чем 15%, а в Москве - до менее чем 10%. В Москве и других крупных городах сложился массовый средний класс со стандартами потребления, близкими к западно-европейским. Популистская перераспределительная политика не отвечает его интересам и будет встречать эффективный отпор.

4. Дестабилизация на Северном Кавказе. Особым и наименее управляемым фактором политического риска является ситуация на Кавказе. Она может выйти из-под контроля в любой момент: либо в ближайшее время, под влиянием международного кризиса на Ближнем Востоке и в Северной Африке, либо позднее, под влиянием углубления внутриполитического кризиса в России.

Если обострение ситуации на Кавказе произойдет в ближайшее время, под влиянием ближневосточных событий, то это нанесет тяжелый и, возможно, непоправимый удар по существующей политической системе. Способность удерживать ситуацию на Кавказе была одним из ключевых источников легитимности этой системы.

Если новый виток дестабилизации на Кавказе начнется позднее, под влиянием обострения внутриполитического кризиса в России, то он намного осложнит выход всей страны из политического кризиса и формирование устойчивой политической системы. При неблагоприятном сценарии он может спровоцировать дезинтеграционные процессы.

Возможности для сдерживания нового конфликта на Северном Кавказе будут ограниченными, поскольку его масштабы могут превысить все предыдущие конфликты в новейшей российской истории. Ограничивающими факторами для эффективного применения силы на Кавказе послужат уже упоминавшиеся неготовность российского общества к новым человеческим жертвам и возросшие возможности международного давления на Россию.

5. Переход кризиса в затяжную форму. Переход политического кризиса в затяжную форму уже не раз наблюдался на пространстве бывшего СССР. Если это произойдет в современной России, то большая часть предстоящего десятилетия может уйти на преодоление его негативных последствий. Это десятилетие может быть потеряно для экономического роста. Фактическое вхождение в группу развитых стран будет отложено до начала 2030-х гг., и вступать в нее России придется одновременно с Китаем.

Но при реализации эффективной политической стратегии, потенциальная возможность которой будет проиллюстрирована в третьей части доклада, в России сохраняются предпосылки для проведения минимально необходимых политических изменений в достаточно короткие сроки. Это откроет путь для проведения ответственной экономической политики и для экономических реформ, которые невозможно проводить до завершения кризиса. Успешная и быстрая политическая трансформация повысит шансы для достижения высоких и устойчивых темпов экономического роста (4-5% в год в период до 2020 г.). При таких темпах уже к началу 2020-х гг. ВВП на душу населения в России приблизится к среднему уровню Евросоюза. Тем самым, Россия в основном завершит переход в группу экономически развитых стран.

Полный текст работы "Политический кризис в России и возможные механизмы его развития" (pdf, 32 стр.).

 

Понравилась статья? Поделитесь ею с друзьями в социальных сетях!


Ваш комментарий

Имя:

Текст:

Также в этой рубрике:







Подписка на СуперИнвестор.Ru:


                    


Популярное за неделю

Рецензии

Реклама