Представьте, что вы когда-то дали в долг соседу Васе 100 рублей, а он дал вам расписку, что вернёт 110 рублей через год. Сейчас (когда прошло, скажем, полгода) вы можете продать эту расписку соседу Коле за 105 рублей.

Но Вася выпустил ещё одну расписку с тем же сроком погашения (через полгода) и той же суммой обязательств, которую его соседка Катя купила за 107 рублей.

Какая-то из этих цен – не совсем правильная. Или 105 – слишком дёшево, или 107 – слишком дорого. Но цена 107 появилась на первичном размещении, во время которого Катя внимательно изучила рынок и решила, что эта цена – правильная. Вы знаете, что Катя – умная, и вряд ли ошиблась.

Поэтому вы говорите Коле: “За 105 я тебе васину расписку не продам – видишь на рынке есть такие же за 107? Продам за 106,9″. Цена на вторичном рынке выросла.

Пример, конечно, сильно упрощённый, так как вряд ли эмитент выпускает точно такую же бумагу. Но прелесть рынка облигаций в том, что всегда можно довольно точно рассчитать справедливое соотношение цен между разными облигациями одного эмитента, скажем, со роком погашения через год и через два года. То есть если применить соответствующий коэффициент, то эти бумаги можно сравнивать между собой как одинаковые.

Конечно, может быть и так, что цена на размещении окажется “неправильной”, искажённой, а на вторичке – “правильной”. Тогда сразу после размещения цена новой бумаги начнёт двигаться в сторону цены старой. Но это всё-таки маловероятно.

За счет чего будут расти предыдущие выпуски? Этот крупный покупатель будет докупать предыдущие выпуски, или другие покупатели после нового выпуска расценят предыдущий выпуск как более надежный?