Ведомости опубликовали перевод заметки Нассима Талеба в FT. Заметка, по сути, программная — нынешний гуру кризиса предлагает свои решения по переустройству мира. Решения спорные, по большей части неосуществимые, но интересные в качестве почвы для размышлений. Правда, перевели текст Ведомости довольно небрежно, сократив и потеряв часть смысла. Поэтому пришлось самому заняться переводом. Он чуть более коряв, чем текст в Ведомостях, но значительно больше соответствует оригиналу — Талеб и сам пишет не очень хорошо.
На всякий случай напомню: «чёрные лебеди» в определении Талеба — это крайне редкие, почти невозможные (ключевое слово - «почти») явления, которые могут приносить огромные разрушения (убытки) или огромные преимущества (прибыли). Талеб считает, что современная экономика исключает из расчётов то, что очень маловероятно. Но, по его мнению, микроскопическая вероятность таких проблем или радостей компенсируется огромным размером возможного ущерба или прибыли, а значит, надо учитывать не только обычные риски, но и от почти невозможных.
Десять принципов мира, защищенного от чёрных лебедей
Журнал Alpha Magazine опубликовал свежий список топ-управляющих хедж-фондами в США. В него вошли менеджеры, которые заработали за прошлый год больше всего денег. Имеются в виду личные доходы, включающие рост стоимости компании, процент за управление и участие в прибыли клиентов. Несмотря на депрессию в экономике (а иногда и благодаря ей) сразу четверо знаменитых суперинвесторов заработали за прошлый год более $1 млрд. Ниже — их имена, компании, которыми они управляют, и заработанные за год суммы.
1 James Simons Renaissance Technologies $2,5 млрд
2 John Paulson Paulson & Co. $2 млрд
3 John Arnold Centaurus Energy $1,5 млрд
4 George Soros Soros Fund Management $1,1 млрд
(полный список 25-ти лидеров рейтинга)
Давние читатели СуперИнвестор.Ru наверняка увидели в этих фамилиях что-то знакомое. Действительно, в рамках проекта «Персона» мы уже писали и о Саймонсе, и о Полсоне, и об Арнольде. Про Сороса мы не писали, но, уверен, найти информацию об этом легендарном деятеле не составит труда.
Многие считают, что управление деньгами, тем более в рамках операций с очень высоким риском (как в хедж-фондах) — удел молодых и крепких. Но на самом деле это не совсем так. Лидеру рейтинга Джеймсу Саймонсу — 70 лет, Джорджу Соросу — 78, Джону Полсону — 53. Лишь Джон Арнольд на их фоне выглядит сопливым мальчишкой в свои 34 года.
На чём же заработаны миллиарды в кризисном 2008 году?
Над г-ном (не подумайте, что «господином») Лужковым можно много смеяться, благо поводов он предоставляет для этого достаточно. Но иногда он говорит вещи, над которыми стоит задуматься. Понятно, что идея переброски стока северных рек на юг, выкопанная мэром Москвы из постсоветской могилы, нужна ему в основном для освоения денег, которые могут быть выделены на изучение данной проблемы. Но в целом ситуация с водоснабжением в мире, в том числе в развитых странах, даёт повод задуматься о будущем такого ресурса, как питьевая вода.
Некоторые аналитики сравнивают воду с нефтью. Мол, если ресурс имеет ограниченное предложение, то рано или поздно возникнет дефицит, а значит, и повод создать соответствующий рынок. Автор заметки: The New Oil Ким Миллер сравнивает два этих ресурса (с сокращениями):
Конец Уолл-стрит – 12
Опубликовано 26 Янв 2009 в Переводы
Объявление:
Евгений Чичваркин после блестящей карьеры в России оказался за границей: он скрывается от уголовного преследования. Вполне возможно, что теперь книга Максима Котина Чичваркин Е...гений. Если из 100 раз тебя посылают 99... снова станет лидером продаж. Если её к тому времени не запретят. Пока же вы можете купить книгу о становлении бизнеса знаменитого предпринимателя: на бумаге или в аудио-версии.
(Окончание. Ранее опубликованные части: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
Тем не менее, масштабы катастрофы по-настоящему шокировали Айсмана.
— Вот что я вам скажу, — произнес он. — Я никогда не желал этой стране плохого. Я не хотел, чтобы началась вторая Великая Депрессия. Я только хотел, черт побери, чтобы Америка на порядок сократила объемы долгового финансирования.
Айсман тысячи раз тысячью способами пытался втолковать людям, насколько скверно обстоят дела в этом бизнесе, но его никто не желал слушать.
— Вообще-то Уолл-стрит просто-напросто наконец получила по заслугам, вот и всё, — говорит Айсман. — Эти ребята — самые настоящие жулики. С помощью своих воздушных замков они беззастенчиво обманывали людей. За все эти годы я повидал немало «специалистов» из крупных фирм с Уолл-стрит, у которых явно наблюдался кризис совести.
А вот у сотрудников фонда FrontPoint, если разобраться, не было никаких оснований винить себя в чем-либо. Из всех них некоторые внутренние терзания испытывал только Дэниэл.
— Винни же родом из Квинса, поэтому ему сам Бог велел видеть все в черном цвете, — говорит Айсман. На что Дэниэл отвечает:
— Мы действовали, исходя из следующей предпосылки: «Играя на понижение, мы обеспечиваем ликвидность, спасающую рынок от немедленной катастрофы».
— Это было все равно, что кормить ненасытного монстра, — добавляет Айсман, характеризуя рынок «мусорных» облигаций. — И мы кормили этого монстра до тех пор, пока он не лопнул от обжорства.
Как купить марихуану на бирже
Опубликовано 23 Янв 2009 в Переводы
Отношение к марихуане как к наркотику в развитом мире постоянно меняется. Если в 60-е никого особо не заботило, какая гадость дымится в сигаретах — табак или марихуана, то пуританские 80-е и 90-е наложили практически полный запрет не только на положительные, но даже на нейтральные отзывы о траве. В последние годы маятник, похоже, начал движение обратно. Прекрасный сериал Weeds, в котором выращивание конопли и продажа марихуаны подаётся как сложный, но прибыльный малый бизнес, возможно, примирил многих антинаркотических активистов с реальностью. Во всяком случае, медицинская ценность каннабиса, используемого строго по рецепту и в ограниченном числе случаев, уже мало у кого вызывает сомнения.
Даже официальные лица в США начали менять своё отношение к наркотику. Бывший республиканский конгрессмен от Джорджии Боб Барр, который яростно выступал против медицинского использования марихуаны, полностью поменял точку зрения, став лоббистом движения Marijuana Policy Project.
Происходящие перемены отражаются и на бизнесе. Если Нэнси Ботвин постоянно испытывала проблемы с инвесторами и поставщиками, то реальные компании, занимающиеся производством медицинского каннабиса с разрешения правительств своих стран, похоже, могут стать неплохим объектом инвестиций. Перечислим несколько бумаг, за которыми стоят корпорации, работающие с каннабисом. Все они пока очень малы, и надо помнить, что вложения в них носят весьма спекулятивный характер.
Мысль о том, что сделанные во время кризиса долгосрочные инвестиции могут принести хороший доход, банальна, но от этого не менее верна. Американский журнал SmartMoney.com решил посмотреть, какой доход можно было получить при вложении денег в акции американских компаний во время Великой Депрессии. Оказалось, что очень и очень неплохой.
Журнал при помощи Center for Research in Security Prices бизнес-школы Чикагского университета провёл исследование с целью найти «лучшие покупки во времена Депрессии». Проще говоря, акции, которые выросли сильнее всего. В итоге был построен список из 50 бумаг, показавших наилучший совокупный доход в период с 1932 по 1954 годы. Под совокупным доходом понимается полный доход, который принесла бумага, включая рост цены, дивиденды и прочие выплаты.
1932-й год выбран потому, что именно тогда начался бурный рост рынка, а 1954-й — потому, что только в этом году индекс Dow Jones достиг своего прежнего максимума.
Практической пользы от такого исследования, скорее всего, нет, но всё же интересно посмотреть, что и почему росло в те годы. Возможно, инвесторы смогут использовать ту же логику для создания своего «послекризисного» портфеля.
Доход по лучшим бумагам за те 22 года составил десятки тысяч процентов. То есть, если 30-летний человек инвестировал 1000 долларов в 1932 году, то к моменту, когда можно было начинать задумываться о пенсии, он бы имел на руках пару сотен тысяч долларов. Здесь сказывается и эффект «низкой базы» - акции в 1932 году были неоправданно дёшевы (как сейчас в России), и результат стратегии «купил и держи». Ведь, скажем, 20000% за 22 года — это в среднем всего примерно 27,5% годовых.
Многие компании из получившегося списка сегодня уже не существуют. Другие стали частями крупных корпораций. Ниже представлены краткие данные по 15 наиболее интересным бумагам из Топ-50.
Конец Уолл-стрит – 11
Опубликовано 15 Янв 2009 в Переводы
Объявление:
Книга Битва за рубль была написана бывшим заместителем председателя Центробанка России по горячим следам дефолта 1998 года и готовилась к переизданию к десятилетию тех драматичных событий. Но осенью 2008 года проблема финансовых потрясений вновь приобрела жгучую актуальность. Битва за рубль продолжается, но сегодня ее участники вооружены опытом, осмысленным в книге Сергея Алексашенко.
(Продолжение. Ранее опубликованные части: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
19 июля 2007 года председатель Федеральной резервной системы Бен Бернанке сообщил Сенату США, что убытки на рынке низкокачественной ипотеки, по оценкам ФРС, составят около $100 млрд. В этот же самый день фонд FrontPoint сделал нечто не совсем обычное — организовал собственную пресс-конференцию: Фонд и раньше проводил конференции для своих немногочисленных инвесторов, но на этот раз мероприятие было куда более масштабным. Стив Айсман наконец вышел из тени. В зале собрались пятьсот человек, чтобы послушать его выступление, а еще пятьсот впоследствии пришли послушать это выступление в записи. Айсман разъяснил аудитории хитромудрую схему операций с CDO и заявил, что, по его прогнозам, в одном лишь этом сегменте рынка убытки достигнут $300 млрд. Предлагая собравшимся самим оценить ситуацию, он призвал их «выбросить все имеющиеся прогнозные модели в мусорную корзину, поскольку все они безнадежно устарели».
— Применяемые ныне эконометрические модели абсолютно не соответствуют той реальности, с которой мы сейчас сталкиваемся. И специалистам по секьюритизации, по-видимому, пришла пора хотя бы раз в жизни всерьез задуматься над тем, что происходит вокруг.
Стив заявил, что рейтинговые агентства уже морально обанкротились и сейчас живут в постоянном страхе перед банкротством реальным.
— Рейтинговые агентства напуганы до смерти, — произнес он. — Они напуганы до смерти тем, что ничего не делают, потому что если они ничего не делают, то тем самым расписываются в собственном идиотизме.
18 сентября 2008 года Дэнни Мозес, как обычно, пришел на работу в полседьмого утра. Несколькими днями ранее на этой неделе компания Lehman Brothers инициировала процедуру банкротства. А за день до этого события индекс Доу-Джонса рухнул на 449 пунктов, достигнув минимального уровня за последние четыре года. Практически в одночасье европейские правительства запретили короткие продажи, но это были еще цветочки по сравнению с тем, что произошло дальше.
Конец Уолл-стрит – 10
Опубликовано 14 Янв 2009 в Переводы
(Продолжение. Ранее опубликованные части: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
Организатором ужина в тот вечер выступал Deutsche Bank, главный трейдер которого Грег Липман в свое время как раз и «вывел» Айсмана на рынок низкокачественных облигаций. Айсман отыскал среди присутствовавших Липмана, указал ему на своего соседа по столику и сказал:
— Я хочу выставить его бумаги на короткую продажу.
Липман поначалу подумал, что Стив шутит. Но он не шутил.
— Послушай, Грег, я действительно хочу открыть короткую позицию по бумагам этого парня, — повторил Айсман. — Причем не глядя.
Изначально Айсман управлял инвестиционным фондом со стоимостью активов $60 млн, но к тому моменту у него уже были открыты короткие позиции по различным высокорисковым бумагам на сумму порядка $600 млн. Весной 2007 года рыночная конъюнктура несколько улучшилась. Однако сам Айсман говорит по этому поводу следующее: «В марте и апреле качество кредитов всегда повышается, и вот почему: в эти месяцы люди получают возвраты налоговых платежей. Казалось бы, ежу понятно, что специалисты по секьюритизации просто обязаны это знать. В общем, мы не переставали удивляться творящемуся вокруг идиотизму».
Айсман уже выставил на короткую продажу бумаги ипотечных кредиторов и застройщиков. Теперь он открыл короткие позиции по рейтинговым агентствам, которые «присваивали рейтинги облигациям CDO в десять раз чаще, чем облигациям GM, и вскоре вся эта катавасия неминуемо должна была закончиться».
Конец Уолл-стрит – 9
Опубликовано 12 Янв 2009 в Переводы
(Продолжение. Ранее опубликованные части: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
Нарочитая язвительность Айсмана, имевшая целью безо всяких экивоков обнажить суть дела, явилась очевидной для всех присутствовавших; но куда труднее было разглядеть за этой язвительностью его искреннее желание, несмотря ни на что, верить в жизнеспособность системы. Да, всякий раз, как он видел творящуюся кругом мерзость, он называл вещи своими именами, и все же, эта мерзость не переставала его по-настоящему огорчать и даже шокировать. В тот вечер в Лас-Вегасе в ресторане за столиком рядом с Айсманом случайно оказался весьма респектабельный человек, который, как выяснилось, занимался инвестициями в ипотечные CDO — облигации, обеспеченные долговыми обязательствами. К тому времени Айсман был уверен, что знает о CDO практически все, что нужно знать. Однако, как оказалось, это было не так.
Несколько позже, когда я подсел за столик к Айсману, он сразу же начал горячо объяснять мне, какую роль играют мезонинные CDO. В качестве отступления хочу заметить: первое, что бросается в глаза при общении с Айсманом — это его всегда поджатые губы (когда он молчит). Затем вы обращаете внимание на его коротко стриженные светлые волосы, причем сразу же складывается такое впечатление, что он делал стрижку сам себе, думая при этом о чем-то совсем другом.
— Понимаешь, какая штука, — сказал мне Айсман, — они ведь построили настоящую адскую машину!
Конец Уолл-стрит – 8
Опубликовано 11 Янв 2009 в Переводы
Перед тем, как продолжить чтение перевода замечательного текста Майкла Льюиса об ипотечном крахе в США, посмотрите свежую заметку того же автора и Дэвида Айнхорна в переводе одного из самых интересных экономических блогеров av_rybin'а. Кстати, Дэвид Айнхорн - это тот самый глава хедж-фонда Greenlight Capital, который купил за $250100 право пообедать с Уорреном Баффетом. Кроме своих успехов в бизнесе, Айнхорн известен тем, что однажды решил сыграть в покер в рамках очень престижного турнира World Series of Poker. И выиграл $659730 (хотя и проиграл чемпиону). Самое интересное, что это была его единственная игра в серии - вероятно, человек умеет вовремя останавливаться. К тому же, выигранные деньги Дэвид пожертвовал в фонд, поддерживающий борьбу с болезнью Паркинсона.
В колонке для New York Times авторы предлагают изменить политику ФРС США, максимально сократив помощь крупным разоряющимся компаниям.
(Продолжение. Ранее опубликованные части: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
Буквально за девять месяцев до этого Дэниэл и Мозес побывали в Орландо на промышленной конференции с весьма помпезным названием —«Американский форум по вопросам секьюритизации». На самом же деле это была своего рода презентация для всех тех, кто имел отношение к выдаче низкокачественных ипотечных кредитов. Там собрались представители организаций, непосредственно выдававших такие кредиты; сотрудники фирм с Уолл-стрит, занимавшихся «упаковкой» и продажей низкокачественных кредитов; руководители фондов, которые инвестировали средства в высокорисковые ипотечные облигации; представители агентств, устанавливавших рейтинги по таким облигациям, юристы, сопровождавшие сделки в указанном сегменте рынка.
— В общей сложности на конференцию приехали порядка шести тысяч человек, — говорит Дэниэл. — Просто уму непостижимо, сколько народу, оказывается, кормится в этом бизнесе. Каждая брокерская фирма, имеющая в своем составе подразделение по работе с долговыми инструментами, так или иначе связана с низкокачественной ипотекой. И вот мы воочию увидели перед собой, так сказать, «цвет профессии». Правда, «цвет» этот показался нам не слишком привлекательным… На фоне всех этих людей мы выглядели настоящими белыми воронами. Именно в тот момент мы начали понимать, как все запущено… и стали еще большими скептиками, если это вообще было возможно. Вернувшись домой, мы сказали Стиву: «М-да… Ей-богу, посмотрел бы ты на все на это своими глазами...»
Конец Уолл-стрит – 7
Опубликовано 18 Дек 2008 в Переводы
(Продолжение. Ранее опубликованные части: 1, 2, 3, 4, 5, 6).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
Рынок высокорисковой ипотеки распахнул объятия тем американцам, которых нельзя было и близко-то подпускать к Уолл-стрит. Кредиты выдавались людям, кредитоспособность которых была ниже, чем у 71% остального населения. Айсман лично был знаком с некоторыми из таких заемщиков. Однажды его домработница, родом из Латинской Америки, сказала Айсману, что собирается купить таунхаус в Квинсе.
— Цена дома представлялась совершенно несуразной, а банк предложил женщине взять ипотечный кредит с переменной ставкой и с минимальным первоначальным взносом, — говорит Айсман. В конечном счете ему удалось убедить ее взять обычную ипотеку с фиксированной ставкой. А вот другой случай: как-то раз ему позвонила няня, которую он нанимал еще в 1997 году для своих новорожденных дочерей-близняшек.
— Это была замечательная женщина. В свое время она приехала в Штаты с Ямайки, — рассказывает Айсман. — Так вот, однажды она мне звонит и говорит, что ей и ее сестре принадлежат целых пять таунхаусов в Квинсе. Естественно, я удивился: «Как это вы так сумели?» А очень просто. Вначале они купили один дом, а когда он вырос в цене, к ним обратился их кредитор и предложил «рефинансироваться под залог» и взять еще один кредит на $250 тыс., который они потратили на покупку нового дома. Потом эта недвижимость тоже подорожала, и сестры опять повторили аналогичный эксперимент. И к тому моменту, как все пошло прахом, у них в собственности находилось пять домов, рынок стремительно падал, а им нечем стало платить по кредитам.
Оглядываясь назад, можно сказать, что в конечном итоге практически все высокорисковые ипотечные облигации упали в стоимости до нуля. Но осенью 2006 года, когда Айсман начал активно работать с этой категорией бумаг, дальнейшее развитие событий предсказать было весьма сложно. Айсман и его напарники стремились отыскивать на рынке самые «дурно пахнущие» кредиты и заключать относительно них соглашения о кредитных дефолтных свопах с Goldman Sachs или Deutsche Bank.
Такая деятельность по существу была связана с анализом разнообразных высокорисковых кредитов, только вот анализ этот изначально должны были проводить кредитные учреждения, прежде чем раздавать подобные займы едва ли не всем желающим. В частности, речь шла о том, чтобы найти ответы на следующие вопросы: как поведут себя малообеспеченные американцы, столкнувшись с возможными финансовыми затруднениями? Насколько должны упасть цены на недвижимость, чтобы вызвать «схлопывание» пузыря на кредитном рынке? (Как выяснилось впоследствии, для этого не понадобилось даже снижения цен на жилье — оказалось достаточным, чтобы цены просто перестали расти и замерли на одном уровне). Или, к примеру, такой интересный факт: уровень дефолтов заемщиков в штате Джорджия в пять раз превышал аналогичный показатель для Флориды, хотя уровень безработицы в обоих штатах был одинаков. С чем это было связано? В Индиане уровень дефолтов составлял 25%, а в Калифорнии — всего 5%. Почему?
Конец Уолл-стрит – 6
Опубликовано 15 Дек 2008 в Переводы
(Продолжение. Ранее опубликованные части: 1, 2, 3, 4, 5).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
К весне 2005 года руководство фонда FrontPoint наконец-то признало: а ведь и вправду творится что-то очень нехорошее, причем не только в нескольких отдельных компаниях, но и в финансовом секторе американского ипотечного рынка в целом. В 2000 году совокупный объем выданных высокорисковых ипотечных кредитов составил $130 млрд, в том числе $55 млрд — в «упаковке» ипотечных облигаций. А в 2005 году объем высокорисковой ипотеки достиг уже $625 млрд, из которых на долю ипотечных облигаций приходилось $507 млрд. Айсман не мог понять, кто и почему так беспечно выдает все эти кредиты. Он прекрасно владел ситуацией на жилищном рынке США и на Уолл-стрит. Но его работа всегда была связана в первую очередь с рынком акций, а в данном случае положение дел в этом сегменте не играло особой роли.
- Большинство людей не понимают того, что рынок долговых инструментов колоссально превосходит по объему рынок акций, — говорит Айсман. — Другими словами, рынок акций по сравнению с рынком облигаций — все равно что холмик по сравнению с Эверестом.
Айсман активно открывал короткие позиции по бумагам компаний, выдававших высокорисковые кредиты (типа New Century и Indy Mac), а также по бумагам застройщиков жилья, которое приобреталось в рамках таких кредитов (к примеру, Toll Brothers). Несмотря на то, что впоследствии разумность этой политики подтвердилась, условия совершаемых сделок были недостаточно выгодными. Указанные фирмы выплачивали высокие дивиденды, и их акции зачастую стоили дорого, поэтому игра на понижение в данной ситуации была довольно хлопотным делом.
Тут на сцене появилось новое действующее лицо — Грег Липман, трейдер из Deutsche Bank, работавший с ипотечными облигациями. В один прекрасный день он пришел к представителям FrontPoint с презентацией на 66 страниц, в которой описывалась стратегия оптимизации деятельности фонда применительно к Уолл-стрит и американскому жилищному рынку.
Как утверждал Липман, в сложившейся ситуации выгоднее всего открывать короткие позиции не по акциям New Century, а по ее облигациям, которые были обеспечены выданными компанией высокорисковыми кредитами. Айсман даже не знал, что такое в принципе возможно — в общем-то, до последнего времени подобные операции действительно никогда не проводились. Однако Липман вместе с другими трейдерами из некоторых инвестбанков Уолл-стрит разработал методику, позволяющую уверенно играть на понижение на рынке высокорисковых ипотечных облигаций.
Конец Уолл-стрит – 5
Опубликовано 12 Дек 2008 в Переводы
(Продолжение. Ранее опубликованные части: 1, 2, 3, 4).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
В 2004 году его нанял FrontPoint Partners, другой хеджевый фонд, где Айсману предложили заниматься инвестициями в финансовые инструменты. В его обязанности входила оценка стоимости банков с Уолл-стрит, строительных фирм, ипотечных кредитных учреждений и вообще любых компаний (таких как, скажем, General Electric или General Motors), имеющих крупные подразделения по оказанию финансовых услуг. Другими словами, в его поле зрения попадали всевозможные структуры, способные серьезно влиять на состояние финансовой системы США. Некая страховая компания выделила на финансирование деятельности Айсмана $50 млн — сумму просто ничтожную.
- Фактически цель нашей работы заключалась в привлечении средств, но нам это плохо удавалось, — говорит Айсман.
Зато вместо средств он сумел привлечь к сотрудничеству людей, чьи взгляды совпадали с его собственными. Среди них был, например, 36-летний Винсент Дэниэл, который занял должность партнера и аналитика, курировавшего ипотечный сектор. Дэниэл вырос в Квинсе, в семье с не очень высоким достатком. В начале своей профессиональной деятельности, будучи младшим бухгалтером в компании Arthur Andersen, он занимался аудитом отчетности Salomon Brothers.
- Я был просто шокирован, — говорит Дэниэл. — Никто не мог мне толком объяснить, чем занимается эта фирма.
В разгар интернет-бума он ушел из бухгалтерской сферы и стал финансовым аналитиком, избрав своей специализацией компании, выдававшие высокорисковые ипотечные кредиты.
- Насколько я понимаю, кроме меня никто не занимался изучением ситуации в компаниях, которые вот-вот должны были неминуемо вылететь в трубу, — говорит он. — Я своими глазами наблюдал за тем, какая заваруха начинается в экономике, и зрелище это поистине внушало ужас.
Конец Уолл-стрит – 4
Опубликовано 11 Дек 2008 в Переводы
(Продолжение. Ранее опубликованные части: 1, 2, 3).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
Фирма Ames Financial относилась к категории небанковских финансовых учреждений. В эту группу не попадали такие гиганты как J.P. Morgan, но она включала в себя множество малоизвестных компаний, которые так или иначе участвовали в буме высокорисковой ипотеки начала 1990-х - эпохи расцвета этого наиболее сомнительного вида кредитования в Америке.
Еще одной компанией, в отношении которой Айсман получил единоличные полномочия, стала Lomas Financial, незадолго до этого прошедшая процедуру банкротства.
- По бумагам этой фирмы я установил рекомендацию «Продавать», потому что дела у Lomas Financial были из рук вон плохи, - говорит Айсман. - В то время я не знал, что мне не следовало использовать рекомендацию «Продавать». Я думал, что существует три варианта - «Продавать», «Держать», «Покупать», - и что я вправе выбирать из них тот, который сочту нужным.
На Айсмана пытались оказывать давление, чтобы он был более оптимистичен в своих рекомендациях, но подобный оптимизм был ему совершенно несвойственен. Некий менеджер одного из хедж-фондов, считающий Айсмана своим другом, в двух словах охарактеризовал мне этого человека. Описав, как Айсман несколько раз выставил кое-кого из очень влиятельных людей в роли лжецов или идиотов, менеджер вдруг рассмеялся и сказал:
- Пожалуй, ему было присуще некоторое самодовольство, но вообще-то он был действительно умницей, к тому же честным и бесстрашным.
- Многие не понимали Стива, - говорит Уитни. - Но те, кто его понимали, по-настоящему любили его.
По бумагам Lomas Financial Айсман так и не изменил свою рекомендацию «Продажа», даже после заявления компании о том, что инвесторы могут не волноваться по поводу ее финансового положения, поскольку все рыночные риски ею застрахованы.
Конец Уолл-стрит – 3
Опубликовано 10 Дек 2008 в Переводы
(Продолжение. Ранее опубликованные части: 1, 2).
Автор: Майкл Льюис
Перевод: Сергей Сурин
Источник: Portfolio.com
Наконец, настал момент, когда я не мог больше сдерживаться и позвонил Уитни. Это было в марте, когда судьба Уолл-стрит еще находилась в подвешенном состоянии. Я рассуждал следующим образом: если Уитни права в своих прогнозах, то конец Уолл-стрит (в том виде, в котором эта структура привыкла существовать) действительно не за горами. И мне очень хотелось понять, насколько обоснованны выводы Уитни, да и вообще откуда взялась эта молодая женщина, каждое слово которой было нокаутирующим ударом для фондового рынка.
Как выяснилось, предсказания Уитни имели под собой надежную почву. Уитни появилась на Уолл-стрит в 1993 году, после окончания исторического факультета университета Брауна.
- Когда я приехала в Нью-Йорк, я и понятия не имела о том, что существует такая вещь как финансовый анализ, - говорит она.
Уитни попала на работу в компанию Oppenheimer, где ей несказанно повезло: ее наставником стал человек, который помог молодой женщине не только сделать профессиональную карьеру, но и сформировать мировоззрение. Звали этого человека Стив Айсман. Впоследствии Айсман перешел на другую должность, но общение с Уитни не прекратил.
- Когда я сделала свое заявление насчет Citigroup, - говорит Уитни, - самым приятным для меня оказался телефонный звонок Стива, который сказал, что очень гордится мной.
Подписка на СуперИнвестор.Ru:
